Уместность логики



Разумеется, я не говорю о людях, которые могут знать больше, чем логику или математику, я говорю о специфичности собственно логики и математики. Так вот И.А.Герасимова высту­пила в своем письме не как специалист в нашей разбираемой спорной области, а как чистый логик, нисколько не ориенти­рующийся ни в предметах спора, ни в общей методологии.

Вот, например, кажущаяся ей осмысленной её фраза из разъяснения ею астрологически-мифотворческого прожекта Буда­нова по анализу «музыки сфер»: «Центральной для понимания гуманитарных приложений метода я бы назвала теорию музыкаль­ной гармонии, переосмысленную на языке нелинейной динамики и синергетики.» Это полная и совершеннейшая, произнесенная с умным видом бессмыслица, чего она, в отличие от специалистов по нелинейной динамике и синергетике, а также обычных ученых астрономов и историков, совершенно не видит. И остальные выска­зывания аналогичны. Я не буду ее в этом логически доказательно разубеждать. Добавлю, что она, апеллируя в дальнейшем к авторитету Чижевского, путает астрологию с ветвью астрофизики (или астробиологии).

Оригинально для знающих предмет ее обвинение: «Опу­стив разъяснение основного метода автора-синергетика, критик (т.е. Губин. - В.Г.) сразу перешел к демонстрации (автором-синергетиком, т.е. Будановым. - В.Г.) его приложений. Однако, вместо того, чтобы выдвигать аргументы против гипотезы автора-синергетика, он ограничился эмоциональными оценками. Рацио­нальность такого рода обоснований стоит поставить под сомнение.» Аналогичные претензии, по-видимому, следовало бы предъявить и упомянутым выше {более научным, чем я,} ученым Питаевскому и Халатникову, тем более, что их термин «средневеко­вый схоластический бред» менее научен и политкорректен, чем моя простая «средневековая схоластика».  Дело в том, что писания Буданова не нуждаются в подробных опровержениях. Для меня достаточно было просто обратить внимание грамотных читателей на написанное им, на ненаучную легкость увязывания чрезвычайно удаленных по смыслу и сути и слабо связанных явлений - типа
«в огороде бузина, поэтому в Киеве дядька». Питаевский и Халатников тоже ограничились легко оцениваемыми цитатами.
И полтора века назад критик Белинский развенчал Бенедиктова, затмившего было Пушкина во мнении читателей, также именно приведением показательных отрывков из его стихов.

И.А.Герасимова не поняла, зачем я привел историю с Колмогоровым. Не я обязан опровергать Буданова, а он должен долго и упорно доказывать свои положения, а не лишь ссылаться на первые попавшиеся догадки и тут же толкать {этот вздор} в образование. По поводу моего опровержения будановской интер­претации «когнитивного процесса» и принципа бритвы Оккама диаграммами Фейнмана она вопрошает: «Что конкретно автор-синергетик не учел?» Да смысла принципа бритвы Оккама он не учел! На что я там прямо и указал.

Антинаучна и ее вера в научность древней китайской, так, скажем, гадательной книги «И цзинь» («Книги перемен») и каба­листики, иногда скрывающейся под названием компаративистики.

И уж совершенно поражает воображение ее {уморительная} многословная, развернутая интерпретация моего прозрачного эвфемизма о «двух статьях, написанных с откровенно атипичной логикой». К моему вящему изумлению она стала перечислять типы логик и хорошо, что ограничилась всего лишь дюжиной. Она явно не читала в советское время газеты «Правда», очень поучительной в вынужденном запрятывании смысла между строк. Это верх непонимания реальности чистой логикой, которая не понимает ни смысла, ни меры, ни шуток и за текстом не видит подтекста, и контекст ей, по-видимому, тоже не нужен, он весь в исходных данных на блюдечке с голубой каемочкой.

Вот это непонимание и нечувствование многими последова­тельного и неуклонного реального научного вхождения в видение явления и группы явлений, их систематизации, успешности про­стейших попыток их описания, удачности первых теоретических моделей, последующего их усовершенствования с расширением области применимости и универсализацией, с прохождением всего этого процесса через неясности, трудности, коллизии вплоть до драматических - такое непонимание последовательности, связности и единства этого диалектического процесса и вообще излишне простые представления о методологии приводят многих неподгото­вленных и поверхностно знакомых с темой и самой областью знания к представлениям об обрывочности, необоснованности
и ложности развиваемых частной наукой общих направлений. Например, «драму идей в познании Природы» Я.Б.Зельдович воспринимал как нормальный реальный процесс познания, а уфолог В.Г.Ажажа - как тупик материалистической науки [13]. Особенно везет в этом отношении физике, к которой почему-то тянет многих нефизиков, от инженеров и биологов до математиков и логиков, как будто она медом мазана. Это и смешно, и раздражает.

Я сказал о логиках во множественном числе лишь по инерции. Но тем оригинальнее смотрятся статьи А.Ю.Грязнова [14-16] о необходимости строить фундамент механики и физики вообще на основе априоризма Канта и логики и каких-то общих положений. Однако весьма широко известно, что физика в отличие от математики не строится из принципов, а изучает реальность, не предписывая ей заранее ничего и пользуясь при описании только общим для всего ощущающего инструментом границ и мер, никак не предсказывая их характера и комбинаций. А.Ю.Грязнов необходимость некоторых априорных форм рассудка и разума обосновывает тем, что «без этих форм нельзя получить аподикти­ческого математического и физического знания» ([15], стр. 108). Это совершенно поразительно - аподиктическое, т.е. логически необходимое и бесспорное физическое знание! Да природа математического и физического знаний совершенно различна, можно сказать - противоположна. Или автор полагал, что физическое знание бесспорно и точно? Кстати, если оно неточно, то и бесспорность становится проблематичной, поскольку спорность и бесспорность в таком случае просто даже трудно понять и оценить. Некоторые удивятся, если им сказать, что она оценивается общественно-исторической практикой. Эйнштейн учил [17]: «Всё познание реального мира исходит из опыта и завершается им. Полученные чисто логическим путем положения ничего не говорят о действительности.» В принципе, априори, мог бы быть бог без всякой закономерной связи объектов, которых также могло не быть. Или могла быть скачущая от точки к точке, неустойчивая реальность, без возможности приближений, так что никакая теория не работала бы и даже не могло бы существовать ощущение. Только опыт говорит о существовании нынешней реальности.



 
2007-2018. © В.Б. Губин - собрание книг автора.
Для связи с администрацией используйте форму обратной связи