О совместимости, согласованности и преемственности физических теорий

 

Неабсолютная точность отражения мира в теориях и моделях имеет кардинальное значение для их появления и существования. Теории не существуют сами по себе, а являются своего рода продуктом и средством деятельности. Неточность, присущая конечной практике, с одной стороны, не допускает абсолютного знания, но с другой — со стороны получения удовлетворительного результата — она позволяет [когда она допустима (а допустимость идет от относительной устойчивости ощущения)] удовлетворяться не совершенно точным с бесконечным числом различных по существу аспектов результатом, который был бы практически недостижим, а «попаданием» в некоторую ненулевую область возможных результатов. Неточность, будучи приемлемой хотя бы временно на каком-то этапе, во-первых, позволяет отражать реальные состояния неисчерпаемой сложности
(с бесконечным числом параметров) моделями и теориями конечной сложности (с конечным числом параметров), что при конечной практике вообще создает предпосылки для их создания, и, во-вторых, порождает ненулевую область существования моделей и теорий, так как они могут сохраняться (быть результативными в применениях) и при некотором «шевелении» реальных ситуаций, т.е. быть применимыми не для единственного состояния, а и при изменяющихся (конечно, ограниченно) условиях. Следовательно, неточности, будучи допустимыми, играют конструктивную роль, обеспечивая теориям определенную устойчивость и тем самым возможность существования.

Требование абсолютной точности лишало бы любые теории области существования, делало бы их невозможными. Факты, понятия, значения — реальные, а не абстрактно-схоластические — существуют исключительно в случае деятельности с конечной точностью. Реальные факты не являются исчерпывающими и их точность конечна. Работающие понятия и значения есть обобщения в определенной степени различных ситуаций и отношений к ним. А Фейерабенд же имеет голую абстрактную схему понятий и фактов, точно и исчерпывающим образом отражающих по меньшей мере некоторые стороны ситуации, т.е. понятий и фактов, как бы самих по себе существующих в отображаемом теориями мире. Выставляя критерием совместимости теорий требование точного совпадения их фактических следствий, он по сути предлагает рассматривать факты, которых нет, и значения, за которыми ничто не стоит. Множество объектов, с которыми он предлагает работать, в действительности пусто 1).

Хороши бы мы были, если бы вздумали сравнивать теории с реальностью в терминах логической совместимости! Подобно тому, как теорию имеет смысл сравнивать с отражаемой ею реальностью обязательно с учетом области применимости и точности отражения и предсказания, т.е.
с помощью правильно понятого в существенных частях эксперимента, точно так же и менее общую, более грубую теорию необходимо сравнивать с более общей, «истинной» (где первая выступает как некоторое отражение) с учетом определенных условий и точностей, выполняющихся в модельных (теоретических) экспериментах, имитирующих деятельность, в которой порождается и используется более ограниченная теория.

3. Фейерабенд утверждает: по отношению к разным теориям экспериментальные факты важны несопоставимым образом (вообще говоря, отсюда следует, что они и совсем не важны, так как важность познается в сравнении), что естественно при метафизическом представлении: каждая (старая или новая) теория является всеобъемлющей, исчерпывающей, самодостаточной и равноважной во всех своих частях — при представлении, непосредственно следующем из редукционистского подхода с его фактически единственным уровнем.

Строгий редукционизм должен обходиться только одним уровнем, однако это явно не соответствует реальному положению вещей. В действительности существуют не только различные уровни, хотя бы отражаемого и отражения, но и иерархия теорий, представлений, подходов, и это различие со случаем только одного уровня очень важно в вопросе о понимании связи между различными теориями.

Отношение физической науки к реальности не исчерпывается утверждениями частных теорий и не равно им. Над ними стоят метатеории (или метапредставления), указывающие на необходимое отношение к частным теориям с их «сущностями». Насколько важны представления о конечной точности теорий, уже говорилось. Точность непосредственно связана с областью условий, в которой с этой точностью применима теория. Но утверждения частных теорий нередко формулируются как безусловные и по точности, и по кругу применимости, т.е. являются экстраполяцией. Ее незаконность обычно практически безвредна — или мы пока не вторгаемся в запретную область, или она нам уже известна, и тогда «безусловный» закон не следует там применять. Но тем не менее чистые «сущности» замкнутых частных теорий, анализируемые вне метатеорий,— именно так абстрактно их и рассматривает Фейерабенд — есть экстраполяции, а они, строго говоря, неверны. Абсолютно ли истинно утверждение: ускорение падения постоянно (Галилеев закон падения)? Конечно, нет. Оно условно, приблизительно, а эту приблизительность Фейерабенд как раз и не принимает во внимание и, следовательно, вместо относительных знаний фактически манипулирует ошибками.



 
2007-2017. © В.Б. Губин - собрание книг автора.
Для связи с администрацией используйте форму обратной связи